ТРАДИЦИОННАЯ ПРАКТИКА

 

 

 

Часто человек испытывает желание что-нибудь с собой сделать и удовлетвориться вызванными изменениями. Как следствие, он ищет практику, способную привести его к ожидаемым или к неожиданным эффектам. Это желание приводит его в ту или иную традицию, которая предлагает ему свои программы деятельности.

 

Мы провели сравнительное исследование традиций мира, в результате которого типизировали основные из этих программ. Общая картина выглядит следующим образом:

 

1. Практики почитания (поклонение, задабривание, поминовение и пр.);

 

2. Практики очищения (ритуальное изгнание, аскеза и пр.);

 

3. Практики перехода (инициация, свадьба, похороны и пр.);

 

4. Практики наказания (проклятие, изгнание и пр.);

 

5. Практики смирения (покаяние, прощение и пр. );

 

6. Практики озарения (гадание, откровение и пр.);

 

7. Практики сосредоточения (концентрация, уединение и пр.);

 

8. Регулятивные практики (табуирование, снятие табу).

 

Подавляющее большинство из них строится на воображении и внушении. Как следствие, и их эффективность носит воображаемо-суггестивный характер, поддерживаемый верой в то, что эти практики "работают". Под такой тезис индивид обычно подводит множество реальных случаев и, тем самым, усугубляет свое дремучее состояние.

 

Желание практиковать еще больше усиливается, если в организме есть избыток энергии. Когда после той или иной практики состояние избыточности снимается, начинает казаться, что достигнут полезный результат. Индивид переживает облегчение, спокойствие, удовлетворенность и со временем начинает идентифицировать себя как практик, у которого что-то получается.

 

При такой схеме не важно, что именно делается. Поскольку результаты практики часто не подлежат верификации, ее выполнение рано или поздно становится бессмыссленным и прекращается по естественным причинам. Обычно это происходит тогда, когда достигается зрелое состояние, при котором вырабатывается меньше энергии и расходовать ее напрасно уже не возникает никакого желания. От практик остается множество красочных воспоминаний о том, как праздно тратилось то, чем наделила индивида природа.

 

Такое обстоятельство заставляет нас заново ставить вопрос о практике, поскольку специально расходовать ресурсы на то, чтобы испытать облегчение от разрядки, глупо. Лучше вообще ничего не делать. Кажется, что об этом можно только мечтать, но при избытке энергии – это невероятно сложная задача, которая обеспечивает спонтанное созревание не только физического, но и психического порядка.

 

Если ничего не делать, то ресурсы организма сохраняются, от чего ускоряется процесс естественной эмергенции. Благодаря ей через определенный период времени вполне может оказаться, что ничего не делавший индивид стал напорядок умнее и успешнее умудренного опытом практика.

 

Невозможность верификации результатов практики не означает ее полной бесполезности. Существует множество предписаний и действий, прямой результат которых сомнителен, а опосредованный вполне может достигаться. Положим, дары и подношения не умилостявят божество, но накормят жречество, которое сделает пастве необходимые установки. Или ритуальное изгнание не сделает чище физику, но сделает спокойнее и увереннее психику.

 

Здесь мы подходим к тому, что практики дают определенные психотерапевтические эффекты. Из-за этого они особо привлекают людей с отравляющей сознание социальной дисфункцией. Она стимулирует практиковать намного чаще, нежели спонтанное мистическое откровение или врожденная склонность к подобным вещам. Не играет роли, какая из традиций или школ попадается на пути. От нее будет ожидаться одно – преодоление проблемы.

 

Несмотря на то, что преодолеть социальную дисфункцию вполне возможно путем работы с психологом, такой вариант у многих вызывает отторжение. Дело в том, что психике часто кажется, что простое непризнание той или иной проблемы способно оградить от ее пагубного воздействия. Отсюда возникает потребность вуалировать жажду психотерапии в дискуссиях об иных мирах и о духовных иерархиях. Потребность в такой опосредованности обусловлена работой защитных механизмов – отрицания, замещения, вытеснения и др.

 

В итоге индивид стремится осуществить психотерапию с помощью особых упражнений, специальной атрибутики и компенсаторных действий, снова и снова выбирая не те цели и не те средства. При этом у него почти всегда сохраняется непоколебимая вера в то, что такой подход приведет к нужному результату.

 

Во-первых, совершенно не очевидно, к какому результату должна привести каждая конкретная практика. В разных системах значимыми могут оказаться разные результаты. Если же практика не привязана к системе, то значимым может оказаться вообще любой результат. Этот вопрос частично снимается, если рядом есть носитель искомого состояния. Тогда он и будет выступать эталоном, по которому можно будет сверять успешность продвижения.

 

Во-вторых, совершенно не очевидно, чего не хватает каждому конкретному человеку для прыжка на уровень выше. Часто ему необходимо правильно прожить какую-то ситуацию. А это значит, что должно сложиться вместе множество факторов. Затем человек правильно себя поведет и сделает правильные выводы. Так или иначе, но мы возвращаемся к вопросу чуда, которое, как известно, не технологизируется.

 

В-третьих, без чуда практически невозможно успешно и целенаправленно продвигаться к нужному результату, используя опосредованные технологии с неясными механизмами.

 

По большому счету, если технология и результат выполнения предписываемых традицией действий не поддается верификации, то речь скорее стоит вести не о практике, а о нерациональной активности. Несмотря на то, что такой тип активности дошел до нас из глубокой древности, это вовсе не свидетельствует о его практической эффективности и жизненной необходимости. Есть все основания считать, что традиционные практики не были отброшены и сохранились лишь потому, что на протяжении истории они вуалировали и обслуживали интересы элит.

 

Сегодня вместо безукоризненного воспроизведения предписаний традиции необходима их радикальная переоценка. Прошлое не должно служить основанием для трансляции заблуждений в настоящем времени. Пока же мы ставим вопрос о настоящей практике, основанной на разумном целеполагании, направленной на реальное изменение и результат...

 

См. также Жизнеспособная практика

 

Orion & E.R.

Картина - Поль Сезанн, "Старуха с четками"